Спустя два года ещё не оправившийся от мора, но всё ещё богатый Cмоленск впервые в своей истории захватывается и разоряется врагом: поставленный наместником в Полоцке, но возжаждавший смоленского престола, который считал по праву своим, Святослав Мстиславич (1232 – 1237) повёл на Смоленск своё полоцкое войско. Город был им взят и разорён, множество знатных и богатых горожан, не желавших видеть Святослава своим князем — перебиты: смоленское вече после смерти Мстислава категорически отказалось признавать власть Святослава и решительно поддержало его брата Ростислава Мстиславича (1230 – 1232). Шесть лет правления Святослава Мстиславича были, судя по всему, временем тирании и княжеского произвола, державшихся на полоцких копьях. В 1238 году Святослав умер по не очень понятной причине.

На короткое время княжения Всеволода Мстиславича (1238-1240) выпало появление одного из монголо-татарских отрядов в смоленских пределах, о чем сохранилось свидетельство в «Сказании о Меркурии Смоленском». Спустя год Смоленск оказывается захвачен литовцами, которых выбил владимирский князь Ярослав Всеволодович и вернул город Всеволоду. После чего разоренная полочанами, монголами и литовцами Смоленская земля на несколько десятков лет почти исчезает из поля зрения летописцев.
Известно лишь о том, что княжество постепенно входит в сферу влияния Орды, поскольку с запада усиливается давление литовцев. Смоленские войска принимают участие в походах ордынских войск против Литвы и прочих общих врагов. В самом пришедшем в упадок Смоленске идёт вялотекущая борьба между членами княжеской династии за власть.

StMercury

Святой Меркурий Смоленский, наш «всадник без головы» на картине Н. Рериха. Он изображён у древних ворот в районе современного перекрёстка Большой Советской и Тухачевского. Однако на самом деле эти ворота, как и крепость, в те времена были деревянными.

В 1280 году смоленский престол занимает Федор Ростиславич Черный (1280-1297), личность бурного нрава и интереснейшей судьбы, достойной толстого авантюрного романа. Поскольку Фёдор Ростиславич вёл жизнь не столько русского князя, сколько могущественного ордынского вельможи и военачальника, Смоленщине пришлось согласиться на выплату дани, что произошло, впрочем, значительно позже остальных русских земель. Естественно, что «татарский» князь, к тому же редко бывавший в городе в силу почти постоянного проживание в Орде, не пользовался популярностью у смолян, и те в конечном итоге отказались признавать его власть, поставив князем Александра Глебовича (1297 – 1313). Тем не менее, за принятие схимы и ряд заслуг перед церковью князь Федор, невзирая на свирепый нрав, а также ряд сомнительных поступков вроде сожжения Москвы и многожёнства, был в конечном итоге прославлен в лике святых. Как считается, при принятии схимы Фёдор Ростиславич искренне и глубоко раскаялся в своих многочисленных грехах, и к тому же планировал ни много ни мало — крещение Орды в православие.

Mongol

Фёдор Ростиславич Чёрный: смоленский князь, ордынский военачальник и православный святой

Александру Глебовичу наследовал его сын, Иван Александрович (1313 – 1359). В отличие от всех своих предшественников, он начал сближение с Литвой — во многом по той простой причине, что его родной брат и конкурент за престол Дмитрий опирался на поддержку ордынцев. Заключив союз с Гедимином, он отказался платить Орде дань и выдержал два похода на Смоленск ордынцев (первый из которых вёл его брат Дмитрий). При его правлении смоленские войска практически всегда выступали на стороне Литвы, и даже ходили в Прибалтику воевать с крестоносцами.

Последним значительным смоленским Ростиславичем стал Святослав Иванович (1359 — 1386), всеми способами пытавшийся отстоять независимость края от могущественных соседей – Великого княжества Литовского и Москвы. В отличие от отца он пытался вести равноудалённую политику, балансируя между Литвой, Москвой и Ордой — последовательно предавая то одних, то других. В итоге князь был отлучен от церкви, потому что нарушил договор с московским князем и предоставил смоленский отряд для литовского похода на Москву. Святослав Иванович получил послание от Константинопольского патриарха, в котором тот указывал на преступность его измены союзнической клятве. Однако спустя всего несколько лет уже под знаменем московского князя Дмитрия Донского Святослав Иванович ходил на тверичей и ордынцев, а также послал войско под начальством своего двоюродного брата Ивана Васильевича для участия в Куликовской битве. Ростиславичам фатально не везло на имя Святослав: как и его тёзка веком ранее, Святослав отличался воинственностью, свирепостью и жестокостью. На войне, согласно сообщениям летописей, был склонен к ужасавшим современников зверствам, достойным Влада Цепеша. Погиб при походе на Литовское княжество в страшном разгроме смоленского войска на реке Вихре — в безнадёжной попытке отбить у находившихся на пике могущества литовцев древние юго-западные земли смоленских князей с Мстиславлем, Оршей и Кричевым.

Plague

Все возможные бедствия обрушились на Смоленск в конце XIV столетия, практически не оставив княжеству шансов

Последними из Ростиславичей владетелями Смоленска, стали сыновья Святослава Ивановича Юрий (1386-1393) и Глеб (1393 — 1395). По мирному договору 1386 года после уничтожения смоленского войска на Вихре и гибели князя, а также чудовищного мора, практически уничтожившего население города, Смоленск попал в вассальную зависимость от Литвы. Юрий Святославович получил княжение «по милости литовского князя из рук Скиргайла». Его брат и преемник Глеб Святославович, восставший было против Литвы, был пленён и смещён великим князем литовским Витовтом. Окончательно Смоленск был лишен литовцами самостоятельности в 1404 году. Княжество было упразднено.

После этого город в течение 110 лет управлялся литовскими наместниками, изгонявшимися за это время только один раз – в 1440 году, во время «Великой Смоленской замятни». Так канул в пучину истории славный род Ростиславичей, а вместе с ним и великое княжество Смоленское как независимое средневековое государство и один из возможных соперников Москвы и Литвы в деле собирания русских земель.

 

Кристина Демидова